Знакомьтесь — Балуев! (рассказ) стр.242

Каллиграфы берегут свои драгоценные глаза и ра­ботают обычно на заре или при заходе солнца. Даже легкое парение комнатного воздуха может поколебать движение их кисти… Каллиграф может оторвать свою кисть от бумаги, чтобы окинуть сделанное оценивающим взглядом, прежде чем продолжать труд с новым вдох­новением. Если рука его дрогнет, он соскоблит с бумаги след неверного движения или даже возьмет новый лист, и никто не упрекнет его за измаранный.

У сварщика все по-другому. Огненная строка его не должна остынуть ни на долю мгновения, пока он не за­вершит ее всю. Одно неверное движение, незримый глазу брак — трагедия, жертвой которой может стать труд мно­гих тысяч людей.

Созданное каллиграфами, благоговейно сдерживая дыхание, изучают эксперты, вооруженные увеличитель­ными стеклами. Сделанное сварщиком изучают с по­мощью изотопов, магнитографических и ультразвуковых установок. В лабораториях-летучках изощренно истяза­ют сварной шов, подвергают пыткам сложнейшими при­борами, пока не убедятся в его вековечной прочности. Щеголеватое изящество текучей огненной строчки свар­щика столь же прицельно, как и у строки, написанной тушью. Только и вся разница, что творчество художни­ка называют искусством, а творчество сварщика — рабо­той.

Поделитесь статьей с друзьями в социальных сетях: